Изолятор ЧЛХ. Место, где я был.
Вобщем, сижу уже дома. Слегка накетаминенный, слегка попускает, слегка болит и кровоточит. Заплыло половина лица. Во всяком случае голова уже почти не кружится – и то хорошо. Докладываю – это было жесть. Радует и греет мысль, что теперь всё позади (практически). Теперь хронология событий четверга: меня подняли в семь утра, заставили побриться и строго настрого запретили есть и пить. Я был четвертый на очереди и ждал своей участи – страшно было, жутковато. На каталке возили пациентов туда-сюда. Всего ждать надо было часа 3-4 своей очереди. И, вдруг, заходит анестезиолог уколол меня чем-то, я лег… и через полминуты у меня поплыл потолок. Стало все равно. Это не был наркоз, это они меня так успокоили…
Через минут 15 на три часа раньше моей очереди прикатили за мной карету и врач пошутил, мол, такси подъехало – выходите. Забавно было – потолок мелькает, считаешь лампочки. Самое странное, что меня туда повезли. Я то ходимый очень даже был. И более странно то, что когда меня привезли в операционную – они сказали – слезай иди туда, возьми то и возвращайся. Очень странно.
Потом все-таки положили (я сам забрался на стол и нервно глупо шутил). Накрыли глаза, начали расспрашивать про татуировки мои. Видать вопросы эти нужны были для того, чтобы узнать когда я уже наконец-то отрублюсь и уже можно будет начать. Я как настоящий рокер сделал всё красиво – они спросили “откуда татуировки?”, я ответил: “Это длинная дорогая в рок-н-ролл…” и меня унесло. Полетел я.
Забавно другое. Им там мешал мой зуб и они его вырвали. В этот момент я проснулся-очнулся. На операционном столе. И эта картинка так круто влипла в мою память, что я наверное ее будут помнить долго. С криком “ебать, больно бля!” я открыл глаза – слева стояла медсестра раздвигала (господи прости) мне рот, а двое врачей переглянулись и между прочим так: “… ничего, сейчас отрубится”. Ну и отрубился я.
Проснулся в палате. Пульс 150, давление. Шатает. Полная имитация первого января с дракой, в которой я не победил. Было больно. Полный рот постоянно непрекращающихся потоков крови. Как только начал что-то более менее соображать – сразу же сфотографировал себя на телефон:
Красавчик
Ужасно, да. Есть в этом какая-то эстетика отвратительного. Поэтому и добавляю. Может быть даже себе на память. Чуть позже, на следующий день мне сняли эту хрень с щеки и даже разрешили поехать домой (но только на такси!… как будто я бы поехал в маршрутке людей пугать…). И дома-то я уже был всяко по-краше (с телефона опять):
Микрошовчик
Вроде, все хорошо прошло. Поглядел таких ужасов, что моя операция – это цветочки. Не попадайте никогда в ЧЛХ отделение. Вообще, будьте здоровы!
), а также просто радоваться жизни. Весне. Ура-ура-ура. Ура! Теперь меня наконец-то выпишут до дому. И вот… опять я прихожу к выводу, что счастье – есть. Просто зачастую оно притупляется и мы сами его теряем из виду. Чтобы потом страдать, страдать. Все это – дурня! Радуйтесь люди! 
