Вместо эпиграфа: настроение, словно отметка термометра – летит ко всем чертям. Беспощадно и вниз. Тем не менее, этот город упорноупрямо продолжает нас радовать. Сегодня – выставкой работ сразу четырех художников. Муниципальный выставочный зал, с которым у меня доселе были только негативные воспоминания (нас, будучи школярами по плану загнали “втуда” смотреть непонятные по возрасту (а значит – нудные) картины, плюс ко всему заставляли писать отзывы в толстой книге у выхода) – на деле оказался не таким уж и страшным, серым. Отремонтированный а-ля европейский холл, с неизмеримо высокими потолками и ярким не напрягающим освещением.

Первым делом, войдя вовнутрь, в глаза бросилась реденькая живая толкучка, женщина, немного более бальзаковского возраста, с микрофоном. Стандартные проф-галочкины-бла-бла-бла и, собственно… поехали.

Четыре имени. Четыре совершенно разных стиля, взгляда на работу и уровня. В данном контексте, слово “уровень” понимать стоит не как профессиональные-дробь-опытные качества, а – разрез пересекаемых между собой работ. Ну не может джазовый оркестр рассчитывать на успех, играя на хард-роковом концерте. Так и здесь: целевая аудитория, ориентиры – разные. Подобное, моветон – для всех сторон. Хотя, трезво осознаю, что придираться к подобной мелочи, а тем более в существующее “безрыбье на искусство” – еще более плохой тон. Уж простите грешного, каюсь.

К сути.

Есть у меня один большой недостаток – я не помню лиц, имён и фамилий, а также связи между работами и их авторами. Поэтому, имена “по бумажке”, в порядке моего наблюдения: Любовь Головатая, Светлана Полуянова, Павел Тебеньков и Лолита Санамян. Скажем так, имена мне практически не знакомые. А значит, постараюсь быть предельно объективным в своих скромных взглядах.

Первое, что встретилось – натюрморты. Много натюрмортов. И это наименьшая понравившаяся мне часть. Местами казалось, что можно нарисовать самому и не хуже. А по-скольку рисовать я совсем не умею – не понравилось. Но опять же – сугубо мое мнение, которое ни на какую-либо профессиональную критику ни в коем случае не претендует. При мне, автору данных работ подарили огромный букет цветов, причем человек солидный, представляющий администрацию города. Возможно, я чего-то не понимаю, не дорос или просто не любитель. Увы, ни одной фотографии не сделал.

Лолита Санамян

Далее продолжила и, почему-то, завершила всю выставку (такой вот разброс) – Лолита Санамян. Городские “наши” пейзажи, преимущественно после дождя. Думается мне, что люди, которые любили этот город, но однажды уехали из Николаева – плакали бы крокодильими слезами. Для ностальгии – самое оно. А значит, работы получились. Что касается техники, качества исполнения – “слегка издалека” картины практически фотографического качества, чуть ближе появляется некоторый blur в деталях, который, как по мне, только добавляет шарма и изящности. Особенно хорошо всё это смотрится в группе (прошу прощения за кривизну “горизонта”):

Лолита Санамян, городские пейзажи

Работы Светланы Полуяновой выступили на данной выставке тем самым “джазовым оркестром” – уж слишком выбивались даже из подобного “винегрета”-формата. Этот контраст может встретить крайне резкую критику со сторону ценителей старой музейной школы или же, наоборот, крайне резкое одобрение тех, кому наскучил этот самый олдскул. Средних оценок не будет… и это, пожалуй, только плюс. Как по мне лучше стать уверенно плохим, чем просто хорошим. И наоборот.

Светлана Полуянова, черепаха

Эти работы я видел до. И, как обещал, постараюсь быть объективным. Описать их – категорически трудно, фотоаппарат не передает объема и “съедает” много деталей. Пожалуй, тут как раз и действует принцип – лучше один раз увидеть, чем читать этот и следующий абзацы. Особенно мне понравился диптих под названием “джаз” – опять-таки объемом, цветом и содержанием. Нельзя определить критерии, при которых джаз становится “черным” – это надо чувствовать, наверное, даже не ушами. Увидеть, чтоб услышать: цвет вас опускает в двадцатые-тридцатые Нового Орлеана (или даже вглубь многострадального Гарлема), а весь “выпирающий” холст передает броуновский сумбур и музыкальную анархию, определяющие всю суть джаза.

Светлана Полуянова, диптих "Джаз"

Быть может эта работа меня ТАК зацепила из-за того, что я как никак имею некоторую причастность к музыке. И мне, возможно, как никому из приглашенных была близка эта тема. К слову, другие картины Светланы Полуяновой взбудоражали немного менее, некоторые я не понял вовсе. Понравилась черепаха и девушка, выполненная “по-осеннему” – в листьях и доминирующими желтыми красками. Под стать погоде и настроению:

Светлана Полуянова

Замыкал “четверку” единственный мужчина, который, как мне показалось, является собирательным образом, венцом всех стереотипов и квинтэссенцией внешнего вида художника. Другими словами, было видно – художник. Волосы, борода, слегка отреченный куда-то взгляд и так ненавистные мною слова “этой работой я хотел показать…“.

Павел Тебеньков, натюрморт

Именно этот человек сразу попросил всех быть более внимательными, чуткими и проникнуться, понять все представленные на выставке картины, понять художника. Причем на этом делался очень жирный акцент и у меня от чего-то осело впечатление, что у него некоторые проблемы с тщеславием. Чуть позже данная теория была в пух и прах разгромлена моими глазами, т.к. “понимать” все-таки было что. И допустим, его натюрморты (“с пивом и грибочками”) и некоторые пейзажи (“последняя осень”) понимались – очень легко, а вот картина с названием “туберкулез” лично у меня не совпадала с изображением. Да и ромашки с человеческими лицами, отрезаемые серпом… Было интересно.

Павел Тебеньков, "Последняя весна"

Павел Тебеньков

Откинув все личностные и поверхностные, внешние моменты – мастер сильный. Если еще в самом начале я не очень-то любил “натюрморты”, то здесь уже кардинально меняются взгляды. Классическая, опять таки – музейная школа, местами граничащая с какими-то высокими идеями, которые лично я – как не просили и как не старался – не понял.

Павел Тебеньков, "Сладости"

Мне очень понравился мальчик с арбузом (почему-то названная “сладости”), два натюрморта и лицо ребенка в каком-то жутковатом полумраке. И наоборот, совсем не понравилась эта ромашково-туберкулезная тема. Но, как я и писал выше – лучше все-таки, когда нет средних оценок.

Впечатление от выставки – хорошее. Если не придираться к мелочам, можно смело ставить оценку отлично. В идеале хотелось бы видеть все четыре имени на отдельных “сольных” площадках, опять повторяюсь, из-за слишком контрастной разницы – впечатления не единое цельное, а деленное на четыре. Отсюда и название заметки – “четыре выставки в одном зале”.

Немного грустно, что подобные мероприятия посещает не так уж и много людей. Возможно, дело в отсутствии адекватной рекламной, если хотите пиар-акции. Интерес к искусству опять где-то на дне, для сугубо “своих” и посвященных. Почему-то показалось, что художников “зажимают”, не дают раскрыться полностью, что ли держат на вытянутой руке. Мешают. Почему-то показалось, что данная выставка являлась большим трудом, результатом больших вложений – не только финансовых, но и нервных и всяких бюрократически-бумажных. Очень хочется верить, что вся эта пластилиновая война, мешающая творцам – как-то растаяла… и дала немного больше воздуха. Здесь речь идет, конечно, не только о художниках.

Кто знает, тот поймет.

Думаю всё. Весь мой скромный опус – местами критика и местами восхищение. Итого, вышел замечательный праздник души, за приглашение на который я безмерно благодарен своей любимой Насте Карпенко (моему самому главному художнику и шедевру):

Работа Светланы Полуяновой